Мед.пункт

Первое сообщение в теме :

Несколько небольших помещений, соединенных между собой. Одно из них - самое большое - представляет собой смотровой кабинет и склад для хранения медикаментов. Остальные заставлены койками. Сводчатый потолок и светлые стены придают этому помещению церковную атмосферу. Возможно, потому что многие находящиеся здесь - на грани смерти, на пути в небеса...

-Я не понимаю Клотильду. Этот пансионат служит приютом людям, обротням и вампирам. Так зачем же оставлять мучительно умирать человека? Это..жестоко.- с болью сказал парень, и продолжил через время-С тех самых пор, как охотники нападают на их пристанища. Здесь мой новый дом. Все кто в нем - если не друзья, то жильцы, также ищущие спасения. Этот сумасшедший сильный и древний полуобор напал на нас всех. Чтобы уничтожить его, нужно объединить усилия. Ты сама видела, на что он способен...
А Катарина понимала..
-Маркус, Клотильда была всегда против обращения человека в оборотня или вампира. Она считает это проклятием для них-она кивнула в сторону человека.-Но было бы конечно гуманней, если бы его можно было обратить...Да, Атарбал силён. но если кто нибудь его тронет, я лично прибью его, клянусь моим волчьим сердцем!-жёстко сказала графиня, зло сверкнув глазами.-Ну да ладно, главное, что мы живы.-сразу отступила она, и вспомнила, что Арамир должен был сегодня прилететь. Одно окно было открыто, и волчица крикнула в темноте протяжное "Оооооуух", что бы он нашёл её.
-Не пугайтесь, я не сумасшедшая.-сказала ДеМонтески улыбнувшись недоумевающим Маркусу и Аде.-Я позвала одного своего друга, и думаю, мы сможем помочь этому парню.
И тут раздался крик за окном, и в окно влетел её любимый сокол-альбинос Арамир. Он подлетел к ней, недоуменно посмотрел на тело волчицы, и укорнул её взглядом.
-Ну извини-виновато сказала она ему.-Постоянно я куда то попадаю. Ты принёс письмо?-спросила Катарина.
Гордая птица вытянула лапу вперёд, показывая маленький тубус, привязанный к ней. Графиня вытащила свёрнутое в трубочку письмо, положила рядом на тумбочку, и сказала Арамиру:
-Арамир, завтра ты должен будешь слетать к профессору. Только чем быстрее, тем лучше. А сейчас лети, отдыхай.
Сокол нежно клюнул волчицу в щёку, и снова улетел в окно.
Она снова обернулась к друзьям.
-Это письмо из Рима, там сейчас мой друг ликан. Он присылает мне вести каждую неделю.-развернув свёрток, она начала читать...

Макс то приходил в сознание, то опять уплывал в небытие... мозг совершенно не хотел возвращастья в реальность, и каждое "пробуждение" парня вызывало новую волну боли...
Голоса всё так же плылы вокруг него... четкости не было, словно плохо настроеное радио. Раньше с ним сидела Меллиса, а теперь пришли новые люди, вели какие-то беседы... все это было неважно Маску, он из последних сил цеплялся за жизнь... его тело потихонько умирало...
Видимо современная медецина смпособна творить чудеса, ибо Макс невероятным образом опять вернулся в сознание. Картинка перед глазами крутилась как карусель в лунапарке. Темные силуеты, тихие голоса вдруг обрели четкость. Из них он узнал Меллису, остальные двое были ему не знакомы. Парень лежал на соседней койке, а девушка с птицей на руке стояла неподалёку...
Взмахнув крыльями, сокол улетел... а Макс успел лишь заметить темную тень, мелькнувшую за окном.
- Меллиса... тихо прошептал парень - помоги мне... в глухом голосе слышалось отчаянье... я не хочу так умереть, только не так... прошептав, Макс со стоном закрыл глаза, болело с каждой минутой все больше и больше... совсем скоро он должен был сгореть, как спичка во вспышке агонии...
- Если бы у меня был бы еще один шанс... мелькнуло в затуманеном мозгу парня.

- Меллиса... тихо прошептал парень - помоги мне... в глухом голосе слышалось отчаянье... - я не хочу так умереть, только не так... Отчаянье, страх, боль и дрожь - все это одновременно пробило будто насквозь сердце девушки. Меллиса... Зачем я соврала? Ада аккуратно закончила с ранами вампира, заглянув, будто на последок, в глаза Маркуса своими серыми, полными просьбы и развернувшись, поспешно направилась к безнадежно лежащему Максу.
- Все будет, хорошо... Если не они, так я сама найду... - ненадолго замолчав, фон Краузерс тихо, почти еле слышно добавила, - В этом мире мы потеряли землю обетованную, но я уверена мы обретем жизнь... - слабая улыбка озарила ее лицо.

Маркуса удивили слова Катарины. Этот идиот Атарбал почти убил ее, оставил на ее теле много шрамов. Да он чуть не убил их всех! Мертвы несколько вампиров и оборотней! А эта волчица грозится, что прикончит любого, кто тронет охотника. Райлли расширил от ужаса глаза, но уже через секунду выглядел невозмутимым. Он решил не думать пока об этом. Сейчас есть дела и поважнее. Нужно будет сходить проверить Арианну и Алекс. Они тоже пострадали. Особенно Шеррер. Через силу глотнув, Маркус отвел взгляд от Катарины и посмотрел вновь на Аделаиду. Она закончила с перевязкой его ран и помчалась к человеческому парню. В голове пронеслась веренница мыслей. "Клотильда против. Проклятье. Спасти. Обратить в своего." Сжав плотно губы, Райлли молча кивнул Аде, ответив на ее молчаливую мольбу. Что бы там ни говорила Клотильда, но парня нужно спасти. Райлли видел как многие умирали. Он сам не раз убивал, чтобы выжить самому, не иссохнуть. "Какого хрена я так слаб на просьбы женщин?" - в который раз подумал вампир и тяжело вздохнул. сегодня ночью одним вампиром станет больше. Не должно быть свидетелей. Никого, кроме Аделаиды, Маркуса и Макса. Потом, когда обращение будет окончено, можно рассказать Клотильде все. И пускай Райлли будет изгнан из пансионата, но он спасет человека. А почему бы и нет? Этот человек ничего плохого ему не сделал. Тем более, что Маркус был теперь в долгу перед Адой. Она могла и не перевязывать его...Райлли сделал несколько шагов впреред, к койке Фаррела. Боль сковала его на месте. Вампир не показал внешне того, что ему больно и снова двинулся вперед. Добравшись с горем пополам к ближайшей к Максу кровати, вампир сел на нее и откинулся на подушку, вытянувшись при этом по всей длине койки.
- Ада, я взремну немного. Разбуди меня...после полуночи. - незаметно от Катарины Маркус подмигнул фон Краузерс и закрыл глаза, провалившись в беспокойный сон.

ОФФ:Маркус-ну ты пипец честно говоря....Казанова пансионата "Алые Реки"! Встречайте-Маркус Райлли!х))
Арамир улетел, а в голове волчицы всё ещё зрел план, как же спасти этого парня. Чёрт, ДеМонтески, с каких пор тебя волнует судьба человека? Но он же не виноват, что ему выпала такая карта. И помочь ему надо...Надо писать Боромиру, пусть присылает то его чудо-средство, и если оно не подействует, я сама приеду в Марокко и прикончу этого грёбаного профессора!-думала Катарина.
- Ада, я взремну немного. Разбуди меня...после полуночи.-произнёс Маркус, и подмигнул Аделаиде, думая, что графиня этого не заметила.
Мдаааа....и сейчас встечаются Казановы на наши бедные головы...Ну, ладно, пусть сам решает, кем ему быть.
Но и волчицу клонило в сон...Да ну, никакого сна. Вот если бы на охоту..Но с такими ранами..И надо будет узнавать, что же это за охотник-отморозок, который пытался нас всех убить....-думала Катарина, и сон прошёл. Но сейчас её отсюда не выпустят, и в ближайшие 2 дня тоже. Надо было что то думать.
ДеМонтески встала, и хромая подошла к койке Макса...Парень еле дышал, но всё же бился за свою жизнь. Она села рядом, положив руку ему на грудь.
-Эх ты...кто же тебя так?-тихо спросила она.-Бедный...Но мы спасём тебя, я сделаю всё что смогу.-всё так же тихо продолжала она. И запела....тихо, еле слышно, что бы он мог услышать... Пела она "Osannman", песня, которую пели больным в Греции, моля богов помочь им перебороть недуги. И это помогало...Какая то мистическая сила была в этой песне, то ли магия, то ли ещё что то, а может банальная сила убеждения, но она давала надежду и веру...Голос Катарины звучал как весенняя капель, тихо переливаясь звоном детских колокольчиков...
-Oh, Santa Maria, salvare e proteggere
Aiutarlo a trovare il percorso di recupero ..
So che l'uomo può morire
Ma il lupo parola si ricorderà per sempro...
ОФФ:перевод смотрите в моём Дневнике.

--------> дворик

Саша очнулась в незнакомом помещении. Она лежала в чистой постели, тепло укрытая. Все тело ныло, очень хотелось есть.
Где это я ?
Саша приподнялась, опираясь на руки, и слегка поморщилась - едва зажившее плечо отозвалось противной болезненной слабостью. Странно, что оно так долго заживает... Одежда на ней полностью отсутствовала. Девочка огляделась, следуя своей давней привычке - попав в незнакомое место, сразу определять пути отступления. Так, на всякий случай...
В комнате было светло. Скорее всего, оттого, что светлыми были стены и высокий сводчатый потолок. Вообще эта комната напомнила Саше, как однажды, еще в детстве, она ходила с отцом в православный храм. Здесь, как и там, стояла мирная успокаивающая тишина.
Здесь было еще несколько аккуратно застеленных кроватей. Чуть в стороне от них стоял белый столик. Пахло чистотой, лекарствами, волчьей шерстью, людьми и еще чем-то, неуловимо-знакомым. Так, наверное, я в больнице... Но кто меня сюда принес? И откуда здесь столько запахов ? Ответа не было. Саша снова откинулась на подушку, натянув одеяло до подбородка, и задумалась. Но от всех прочих мыслей ее скоро отвлекла одна - голод усиливался. Так бывало всегда, когда после приступа она снова обретала человеческий облик. Интересно, сколько сейчас времени? Надеюсь, я не проспала обед...
Саша снова приподнялась, нашла взглядом дверь. Может, выглянуть, вдруг там кто-нибудь есть... Попросить хоть какой-то еды.
Девочка с некоторым трудом поднялась, накинула одеяло на плечи. Тело отозвалось жалобным протестом, ноги дрожали от слабости, но Саша, упрямо закусив губу, кое-как доковыляла до двери и, приоткрыв ее, осторожно выглянула.

Воспоминания, кошмары и боль.
Все это наполняло сны изломанной девушки, лежащей на койке, уже который месяц - после того, как спокойная жизнь сгорела в пламени принесенного Тремя хаоса.
Ветер в лицо с высоты крыши старого, четырехэтажного дома - ветер падения, смешанный с рвущей болью в спине от выстрела в последний момент.
Хруст собственных костей под аккомпанемент легкого шороха прорываемой их обломками кожи. Чудовищная боль.
Унижение от ударов собравшихся вокруг охотников.
Ткань сна постепенно истончалась, выпуская сознание в реальный мир. Наконец, лежавшая на кровати рыженькая девушка чуть шевельнула плечами, будто бы пытаясь потянуться - и сразу же зашипела от боли.
Тффцц... Цитируя молодого сантехника, "Да там все сломано!"
Лениво - не иначе, через трещины многострадального черепа, втекла первая внятная мысль. с тихим вздохом согласившись, хозяйка бедного тельца прислушалась к своему состоянию..
По катакомбам тела носилась рысь с криками "ЖРАТЬ! ЖРАТЬ! ЖРАТЬ!", все - абсолютно все! - мышцы при этом болели, как плюнувший в темной подворотне в Майка Тайсона "белый воротничок".
Похоже, я во сне превращалась..
Печально заключила Ирэн. Наконец-то открыв глаза, она чуть наклонила голову набок - сначала влево, затем вправо - осматриваясь, потом закрыла на пару минут глаза, жадно принюхиваясь.
Куча кроватей, пахнет медициной.. следами людей и нелюдей.. Или меня спасли и лечат, или поймали и планируют замучить, когда приведут в сознание.
Нервно закусив нижнюю губу, девушка тяжело вздохнула и начала методично напрягать и расслаблять мышцы, время от времени шипя сквозь зубы от боли. Наконец, тело начало ощущаться не просто амофорным сборищем расслабленных мышц.
Кстати, как перенесла одежда мое превращение во сне?
Приподняв край простыни, девушка грустно поцокала языком - клочьев, оставшихся от одежды, хватило бы максимум на очень нескромный ливчик.
Грустненько.. Но надо попробовать встать. И закутаться в простыню хотя бы, что ли.. Ирэн, это НАДО сделать.
С умным видом сказала себе Ирэн, задумчиво пялясь в потолок. Шевелиться не хотелось абсолютно.

Сзади раздался едва уловимый шорох. Саша обернулась и увидела у противоположной стены еще одну кровать, на которой кто-то лежал.
Девочка замерла, осторожно потянула носом воздух и удивленно подняла брови. Еще одна рысь? Забавно... Вот откуда знакомый запах.
Поскольку в коридоре никого не было, Саша прикрыла дверь и доковыляла до незнакомца. Точнее, незнакомки.
На кровати лежала девушка, на вид ненамного старше нее. Ярко-рыжие волосы разметались по подушке, глаза какого-то страного цвета - как спелый персик... Похоже, эта девушка пострадала куда сильнее самой Саши. Во всяком случае, от нее сильно пахло кровью. Саша остановилась в двух шагах, глядя с настороженным любопытством. До сих пор ей не доводилось встречать соплеменников-оборотней, хотя отец и рассказывал, что их на свете немало. Ну, по крайней мере, не одной здесь лежать...
- Привет, - сказала девочка. - Я Саша. А ты?

Вдох... Выдох... Вдох... Выдох.. Ровнее, Ирэн, ровнее и глубже, не стоит нервировать ребра...
Звук легких шагов неподалеку привлек внимание, и девушка, неохотно открыв глаза, повернула в ту сторону голову.
Гм, неужели в этом диковинном месте так сложно с одеждой?
Шевельнулась в голове неуместная мысль при виде подошедшей миловидной девочки, закутанной в одеяло. Впрочем, резанувший ноздри запах спящего Безумного зверя, прячущийся в чистом и свежем запахе тела, мигом подавил насмешку даже в мыслях.
Бедный котенок..
Мысленный печальный вздох.
- Привет, я Саша. А ты?
Непосредственность вопроса, так контрастирующая с похожим на детски-неумелое предупреждающее шипение любопытным взглядом, поневоле вызвала легкую улыбку.
-Меня зовут Ирэн. Где я?

Девушка повернула голову и взглянула на нее. Ее взгляд оказался спокойно-доброжелательным, хотя в глубине персиковых глаз пряталась боль.
-Меня зовут Ирэн. Где я?, - девушка слегка улыбнулась.
Саша, немного расслабившись в душе, сделала еще один шаг вперед. Только сейчас она вдруг почувствовала, как же все-таки устала от одиночества и вечной настороженности. Может, попробовать подружиться с ней? Вместе будет легче...
Девочка подошла вплотную и осторожно присела на краешек кровати, давая отдых дрожащим ногам. Голод по-прежнему сильно донимал, вызывая раздражение. Саша глубоко вздохнула, стараясь взять себя в руки.
- Я не знаю, - ответила она на вопрос Ирэн. - Мне кажется, это какая-то больница. Я выглядывала в коридор, но там никого нет.
Саша еще раз внимательно вгляделась в новую знакомую, принюхалась, покачала головой.
- Кто это тебя так? - в голосе девочки прозвучало искреннее сочувствие.

Кто же тебя так искалечил внутренне, котенок?
тревожно сжалось сердце при виде того, как девочка - а новая знакомая, определенно, была еще котенком, не утратившим трогательной нескладности подростка - осторожно, напряженно садится на край кровати.
Кошка - тем более с неприрученным внутренним зверем - должна не опасливо присаживаться на краешек кровати - она должна царственно удостаивать недостойную ткань касания своей полубожественной плотью.. А тут - прямо как я при охотниках... И это при сородиче-то!
Пытаясь оторваться от обуревавших мыслей, девушка чуть мотнула головой и, удивленно охнув, нахмурилась, пытаясь смирить всколыхнувшийся при этом простом движении голод и лютую головную боль.
-...выглядывала в коридор, но там никого нет.
Услышала она, когда первый всплеск дурноты прошел.
-Кто это тебя так?
Раздалось следом сочувственное.
Ирэн потупила взгляд.
Сочувствие.. Как она смогла выбрать настолько верный тон? Немного больше жалости - и я бы гордо ответила, что все в порядке. Немного меньше искренности - и я бы вообще отмолчалась.. Похоже, мы похожи в этом смысле - каламбур, но каламбур в тему.
-Несколько охотников. Я, знаешь ли, давняя и завидная добыча.
Чуть печальная улыбка, плакатом висевшая на лице, на миг будто бы обнажила клыки - в палец размером костянные острия - превратившись в жесткую, саркастичную насмешку над собой.. Впрочем, тут же пропавшую.
-Впрочем, ничего страшного.
Как сказал один из созданных нормалами мультяшных вампиров, "убить монстра могут только люди."
Задумчиво добавила она. Из глубин небытия всплыло лицо Тадеуша после Принятия - безумное, хищное. Зверское. В груди шевельнулся призрак вины, умело задавленный усилием воли.
Точнее, убить может любой. Но вот уничтожить..

Ирэн ответила не сразу. Несколько секунд она смотрела на Сашу с печальной тревогой, потом чуть качнула головой и тихо охнула.
-Несколько охотников. Я, знаешь ли, давняя и завидная добыча.
Услышав об охотниках, Саша вздрогнула. В памяти вслыли события недельной давности: высокий человек с мерзко-торжествующей ухмылкой на небритом лице, черный кружок дула, заслонивший весь мир и нестерпимо-жгучая боль в плече... чудо, что ей тогда удалось замести следы, ведь кровь не просто капала - она текла широкой струйкой, оставляя на земле хорошо заметные пятна...
- Ты, значит, тоже на них наткнулась... А как сумела уйти? С такими-то ранами...
- Впрочем, ничего страшного.
Саша посмотрела на девушку с изумлением. Ничего страшного? Да я бы после такого пошевелиться не смогла бы...
Девочка снова передернула плечами, на мгновение представив себе, что пришлось пережить Ирэн... Разумеется, раненое плечо немедленно отозвалось болью. Саша поморщилась, осторожно растирая его.

-А как сумела уйти? С такими-то ранами...
Прозвучало в ответ испуганно-непонимающее.
Она издевается? "Мы тут орешков принесли", да..
Устало подумала девушка.
Хотя... Вряд ли.
Бросив короткий взгляд на девочку, рыжая чуть улыбнулась.
Закрыв глаза, она тяжело вздохнула и, чуть поморщившись от боли в все еще болящих ребрах, очень просто и обыденно ответила:
-Я не смогла уйти, котенок. Я потеряла сознание, когда меня начали пинать.
Ирэн замолчала, мысленно продолжая фразу:
Потому что даже опытный оборотень не способен заживить минимум двойной перелом позвоночника, сломанные ребра, руки-ноги и, особенно, серебрянную пулю в районе сердца - ему просто не хватит сил. По всем правилам, я сейчас должна быть мертва минимум по пяти причинам. И это не считая самих охотников..
Приоткрыв один глаз, улыбнулась и с циничным смешком добавила:
-И почему я до сих пор жива - для меня великая загадка.
Снова закрыв глаза, рыжая постаралась придать своему лицу максимальную бесстрастность, чтобы на нем не отразилась мысль о том, что скоро голод доделает работу охотников..

- Я не смогла уйти, котенок. Я потеряла сознание, когда меня начали пинать.
Саша промолчала. Она видела, что девушке трудно говорить. Пинать? Ничего себе... Вот уж действительно загадка - как она выжила...
Зверь внутри раздраженно завозился. Саша на миг зажмурилась, пытаясь его угомонить. Как же хочется есть... А ей, наверное, еще хуже... Саша снова глянула на Ирэн. Девушка лежала с закрытыми глазами - наверное, хотела спать...
Саша заставила себя подняться. В конце концов, она способна держаться на ногах, значит, она и должна хоть что-то сделать.
- Я попробую найти кого-нибудь. Голодные мы долго не протянем, - решительно заявила девочка.
С трудом добравшись до двери, Саша вышла в коридор и медленно двинулась по нему, держась за стенку одной рукой, а второй придерживая на плечах одеяло. Ноги подгибались, плечо отвратительно ныло, но голод был сильнее. Надо найти хоть кого-то... Прикусив губу, Саша заставляла себя идти вперед.

Ну что ж, я вас спасу мои дорогие. Для админов:никого нет, игры нет так что это будет вне времени, а точнее после кладбища.
Возвращаясь от Антиоха Катарина почувствовала незнакомый запах. Животный запах. У нас новенькие? Похоже на то. И видно что раненые, запах идёт с мед-пункта. Рыси...Давно не встречала их...Девушки, молоденькие совсем, ещё девочки. И обе голодные и похоже изрядно их покалечили...Надо принести им мяса...Думала в голове ДеМонтески. Побег в лес занял всего минут 20, там она поймала несколько кроликов для новеньких, Наверное они обрадуются, по запаху они давно там сидят. думала старая волчица, заходя в медпункт. Тут она увидела одну из девочек, она с трудом шла по коридору. Ох зачем ты вышла??..
Девушка подняла на графиню свои глаза. Длинные тёмные волосы, хрупкая фигурка, и обоняние не подвело - вправду она оказалась рысью. Катарина подошла к ней, и сказала:
-Здравствуй, зачем ты вышла? Я принесла твоей подружке и тебе еды, пойдём обратно. - она взяла девушку на руки и понесла обратно в комнату.
Войдя в медпункт она увидела вторую девочку, рыжие волосы и тоже хрупкая фигура. Да вы практически одинаковые...Положив вторую на кровать, она повернулась к рыжей:
-Здравствуй, я наставница оборотней этого пансионата Катарина ДеМонтески. Я принесла вам еды, ешьте - сказала оборотень и положила тушки зверей на больничную тумбу.
Девушки накинулись на еду, и некоторое время был слышен только треск плоти...
-Ну и славно, а как поедите поговорим.

Дойдя почти до середины коридора, Саша почуяла знакомый запах. Волк, точнее, волчица. Почти сразу девочка увидела и обладательницу запаха - высокую черноволосую женщину, выглядевшую как настоящая леди. Незнакомка подошла к Саше.
- Здравствуй, зачем ты вышла? Я принесла твоей подружке и тебе еды, пойдем обратно.
Незнакомка подняла ее на руки и понесла обратно в палату. Саша протестующе дернулась, но почти сразу затихла. Слова леди о еде и манящий запах свежей крольчатины примирили девочку с такой бесцеремонностью.
Незнакомка положила ее на кровать и обернулась к Ирен.
- Здравствуй, я наставница оборотней этого пансионата. Катарина ДеМонтески. Я принесла вам еды, ешьте.
Саша взяла с тумбочки кроличью тушку, впилась зубами в еще теплое мясо. Нежный вкус любимой еды быстро поднял настроение. За первым кроликом последовал второй, после которого Саша почувствовала себя сытой. Зверь внутри размягченно замурлыкал.

<----Дворик.
Наконец-то Морган дошёл до мед.пункта, по правде говоря, он слегка замучился тащить восьмидесяти килограммовую тушу, которая зацепилась клыками за плечо и с каждым шагом расцарапывала крупные раны. Светлое помещение с койками у стен: тут пахло разными препаратами, в частности спиртом, а так же хлорной известью. Морган пнул дверь ногой, так как руки у него были слегка заняты, медленно наклонился с волком над первой попавшейся кроватью, когда его тело нашло опору на кровати, Тэниген расцепил его челюсти от своего плеча, придерживая липкую от крови морду, и аккуратно опустил её на что-то похожее на подушку. "Чёрт подери! Прокусил как..." он потёр прокусанное плечо, снял куртку, кинул куда-то не глядя, а попал прям на соседнюю койку:
- Есть здесь кто-нибудь? Тут раненый. Нужна помощь! - закричал Морган, но ответом была лишь тишина, - Вы что там заснули все? - но снова молчок. Мать вашу, где же вы все? - он прошёлся по всему помещению, выглянул за дверь - пусто. Мне его что, по вашему, самому перевязывать?! - оборотень провёл ладоньюпо лицу, будто вытирая капли пота, рука его задержалась на подбородке, он покачал головой. "Найди, принеси, ещё и вылечи - это слишком даже для меня. Я же не святой добродетель..." рана молодого волка продолжала кровоточить "но похоже мне придётся им стать... не на долго" Морган закатил рукава:
- Тут бы хоть что-нибудь нужное найти... - бормотал сам себе новопринятый лекарь. На столике он отыскал и бутылку спирта, и бинты, и даже перекись водорода. "Наверное это и к лучшему, что он отключился" думал Морган, стоя над раненым парнем "я хоть не услышу его скуления". Ну-с, сам процесс обработки и перевязки к счастью прошёл очень даже успешно. И выдыхая со свистом воздух из лёгких, Тэниген уселся на стул рядом с кроватью.
- Ну что я могу сказать, - вытирая руки наспиртованной тряпкой, полу-задумчиво, полу-лениво говорил "лекарь", обращаясь то ли к кучке растрёпанного бинта, то ли к бутылке со спиртом, - мы спасли умирающего... думаю, жить будет! Он совсем забыл про своё плечо, оно тихо ныло и его очень не хотелось, но пришлось прижечь спиртом, чтобы хоть как-то унять это скверное ощущение.

Тору пришлось приложить не мало усилий, чтобы разлепить глаза. Яркий
свет ослепил его. Белые стены, не приятный запах спирта, он лежит на
твёрдой кровати. "Где это я?" - сразу же возник вопрос. В беспамятстве он пробыл где-то час - это первый обморок в его жизни, - и по этому ему было так фигово. Волк приподнял голову и увидел, что его лапа и туловище были перебинтованы, а рядом, развалившись на стуле, сидел тот самый незнакомы приставала, которого он недавно собирался убить. С возмущённым вздохом он опустил голову обратно на подушку.
"Ты всё таки притащил меня... Кто мне делал перевязку?" Тору пошевелил ногой, она была в отличном состоянии, только место, где прошла пуля, немного побаливало, а из-за весомого количества потерянной крови волк чувствовал себя совсем ослабевшим. Вул'Гоф закрыл глаза, высунул кончик языка и захрипел ртом. Он всё думал о том, как вообще ему удалось забрести в лес, где его подстерегли охотники, как умудрился попасть под пулю, почему не успел увернуться, и зачем появился этот незнакомец в чёрной шляпе - к лучшему ли всё это или нет. Тору понимал, что этот оборотень не хочет ему ничего плохого, но закоренелое недоверие к окружающему миру отталкивало его от спасителя, тем более, что он не был настоящим волком, не принял себя таким, какой есть на самом деле - а это ещё больше не нравилось Тору, как его сородичу.
"Спасибо... тебе..." - выдавил неохотно из себя волк эти слова, пусть и зверь, но вежливость всё же у него не утраченное качество. "но... не надо было. Я бы сам справился."

Волчонок начал приходить в себя: громко хрипел, жмурил глаза, подёргивал задними лапами. Морган откинувшись на спинку стула, наблюдал за его пробуждением.
"Где это я?" - подумал волк.
- Там куда я тебя так долго пытался отвести - в мед. пункте.
"Ты всё таки притащил меня.." Морган улыбнулся на эти ещё слабые мысли.
"Кто мне делал перевязку?" - резко спросил волк, будто чего испугавшись.
- Медсёстры тебя перевязывали - это люди таки, специально обученные ремеслу лечебному... - серьёзно говорил Тэниген, но потом, смиловавшись, добавил, - Шучу, это я тебя бинтовал. Не бойся, не умрёшь... не время тебе ещё.
Молодой волк притих, а через пару минут в неком сомнение добавил:
"Спасибо... тебе... но... не надо было. Я бы сам справился."
Старого волка такие, пусть сухие и, может даже, не совсем искренние слова на мгновение размягчили его усохшее сердце, он опустил глаза и улыбнулся, и вся его доброта и нежность, собранные из заброшенных уголков его запылённой души, наполнила эту улыбку. Но потом, он снова надел свои любимые маски: равнодушие единоличника, легкой лености философа и непонятной весёлости свободного художника.
- Тут я очень сомневаюсь в твоей самостоятельности. Ты бы потерял сознание не у меня на руках, а под той грязной скамейкой, и в конце концов, пролежав так через час или минут тридцать из тебя вышли бы последние капли крови, и ты мёртв. А ты бы хотел умереть такой смертью?!
Когда Тэниген начинал говорить о смерти, он представлял, иногда, свою смерть, но она не страшила его. Может потому что он был слишком стар и ему приходилась в тягость однообразная жизнь или он просто был самонадеянным глупцом, смеющимся в лицо самой смерти. Но если бы он ждал её, искал всякой возможности встретиться с её холодными объятьями, вряд ли тогда этот старый волк пришёл в пансионат, скрываясь, как и все, от охотников.
- Как звать тебя, о гордый волк? - спросил Морган, с ироничной усмешкой произнеся последние два слова.

- Медсёстры тебя перевязывали - это люди такие, специально обученные ремеслу лечебному... - отвечал оборотень. "Люди!" - зарычал Тору "мерзкие трусливые твари... и они до меня дотрагивались?!" он вонзал от злости свои когти в матрас больничной кровати.
- Шучу, это я тебя бинтовал...
"Не смей так больше со мной шутить. Я такого не переношу." - предупредил его Тору, успокаиваясь. Оборотень начал вести свои рассуждения о том, чтобы было с раненным волком если бы он не нашёл его под скамейкой. А волк на такой рассказ только глаза к потолку закатывал и на волчий морде появлялось нечто похожее на улыбку.
- А ты бы хотел умереть такой смертью?!
"Это было бы, конечно, слишком просто, кончить жизнь лёжа под лавкой; а я ещё многого не успел сделать... Если бы на то была прихоть судьбы, то никто бы мне не помог." - спокойным голосом с серьёзном тоном отвечал волк. После этого держалась минутная тишина, которая была остановлена обращением к Вул'Гофу.
- Как звать тебя, о гордый волк? - а вопросик-то с издёвочкой! Волк помолчал, что было ему ответить, его уже года 3 никто по имени не называл. И какое имя ему стоило выбрать?
"Тору или... Люк. Я уже и сам не знаю, я совсем запутался..." - мучился волк, уткнувшись носом в жесткую подушку. Он заметил удивлённое выражение лица оборотня и не дожидаясь вопроса встречного ответил сразу сам: "Тору - это имя, которое мне дали при рождении родители, а Люк - кличка, приписанная мне после их смерти людьми." Он вспомнил ужасный эпизод своей жизни - убийство матери и отца, и он еле сдержался, чтобы не взвыть от до сих пор терзающего горя и ненависти, а ведь он так и не смог отомстить.
"Ну а тебя мне как называть?"